a52240c3

Хайнлайн Роберт - Дом, Который Построил Тил



Роберт Хайнлайн
Дом, который построил Тил
Американцев во всем мире считают сумасшедшими. Они обычно признают, что
такое утверждение в основном справедливо, и как на источник заразы
указывают на Калифорнию. Калцфорнийцы упорно заявляют, что их плохая
репутация ведет начало исключительно от поведения обитателей округа
Лос-Анджелес. А те, если на них наседают, соглашаются с обвинением, но
спешат пояснить: все дело в Голливуде. Мы тут ни при чем. Мы его не
строили. Голливуд просто вырос на чистом месте.
Голливудцы не обижаются. Напротив, такая слава им по душе. Если вам
интересно, они повезут вас в Лорел-каньон, где расселились все их
буйнопомешанные.
Каньонисты - мужчины в трусах и коричневоногие женщины, все время
занятые постройкой и перестройкой своих сногсшибательных, но неоконченных
особняков, - не без презрения смотрят на туповатых граждан, сидящих в
обыкновенных квартирах, и лелеют в душе тайную мысль, что они - и только
они! - знают, как надо жить.
Улица Лукаут Маунтейн - название ущелья, которое ответвляется от
Лорел-каньона.
На Лукаут Маунтейн жил дипломированный архитектор Квинтус Тил.
Архитектура Южной Калифорнии разнообразна. Горячие сосиски продают в
сооружении, изображающем фигуру щенка, и под таким же названием (1). Для
продажи мороженого в конических стаканчиках построен гигантский,
оштукатуренный под цвет мороженого стакан, а неоновая реклама павильонов,
похожих на консервные банки, взывает с крыш:
"Покупайте консервированный перец". Бензин, масло и бесплатные карты
дорог вы можете получить под крыльями трехмоторных пассажирских самолетов.
В самих же крыльях находятся описанные в проспектах комнаты отдыха. Чтобы
вас развлечь, туда каждый час врываются посторонние лица и проверяют, все
ли там в порядке.
Эти выдумки могут поразить или позабавить туриста, но местные жители,
разгуливающие с непокрытой головой под знаменитым полуденным солнцем
Калифорнии, принимают подобные странности как нечто вполне естественное.
Квинтус Тил находил усилия своих коллег в области архитектуры робкими,
неумелыми и худосочными.
- Что такое дом? - спросил Тил своего друга Гомера Бейли.
- Гм!.. В широком смысле, - осторожно начал Бейли, - я
всегда смотрел на дом как на устройство, защищающее от дождя.
- Вздор! Ты, я вижу, не умнее других.
- Я не говорил, что мое определение исчерпывающее.
- Исчерпывающее! Оно даже не дает правильного направления.
Если принять эту точку зрения, мы с таким же успехом могли бы сидеть на
корточках в пещере. Но я тебя не виню, - великодушно продолжал Тил. - Ты
не хуже фанфаронов, подвизающихся у нас в архитектуре. Даже модернисты -
что они сделали? Сменили стиль свадебного торта на стиль бензозаправочной
станции, убрали позолоту и наляпали хрома, а в душе остались такими же
консерваторами, как, скажем, наши судьи. Нейтра, Шиндлер? Чего эти болваны
добились? А Фрэнк Ллойд Райт? Достиг он чего-то такого, что было бы
недоступно мне?
- Заказов, - лаконично ответил друг.
- А? Что ты сказал? - Тил на минуту потерял нить своей мысли, но быстро
оправился. - Заказов! Верно. А почему? Потому, что я не смотрю на дом как
на усовершенствованную пещеру. Я вижу в нем машину для житья, нечто
находящееся в постоянном движении, живое и динамичное, меняющееся в
зависимости от настроения жильцов, а не статичный гигантский гроб. Почему
мы должны быть скованы застывшими представлениями предков? Любой дурак,
понюхавший начертательной геометрии, может спроектировать обыкновенный дом.
Ра



Назад