a52240c3

Хайнлайн Роберт - Красная Планета



РОБЕРТ ХАЙНЛАЙН
КРАСНАЯ ПЛАНЕТА
I. ВИЛЛИС
Разреженный марсианский воздух был прохладен, но до настоящего мороза пока не дошло. Зима еще не добралась до Южных широт, и днем температура обычно поднималась выше нуля.
Странное существо, стоящее на пороге куполообразного здания, в целом напоминало человека, если бы не весьма причудливая голова. Сверху вздымалось что-то вроде шутовского колпака, большие панорамные стекла впивались пристальным взглядом, а передняя часть лица рылообразно выступала. Всю голову покрывал узор из тигриных черно-желтых полос.
На ремне существа висело похожее на пистолет ручное оружие, а в согнутой правой руке был шар, размером несколько больше баскетбольного мяча.
Оно переложило шар в левую руку, открыло внешнюю дверь здания и шагнуло внутрь.
Здесь находилась крошечная прихожая и внутренняя дверь. Как только захлопнулась внешняя дверь, раздалось легкое шипение и атмосферное давление в прихожей стало подниматься. Динамик над внутренней дверью рявкнул громким басом:
— Ну? Кто там? Отвечайте! Отвечайте!
Пришедший аккуратно положил шар на пол, затем схватился обеими руками за свое безобразное лицо и, дернув вверх, поднял его над макушкой. Под ним оказалось лицо земного мальчика.
— Это Джим Марлоу, доктор, — сказал он.
— Ну входи. Входи же! Не стой там как пень.
— Иду.
Когда атмосферное давление в прихожей поднялось и сравнялось по уровню с давлением в остальной части помещения, внутренняя дверь открылась автоматически.
— Входи, Виллис, — сказал Джим и ступил в помещение. Шар трижды высоко подскочил, а затем последовал за ним, вращаясь, шагая и катясь одновременно. Точнее, способом передвижения он напоминал бочку, которую матрос катит по палубе.

Они миновали коридор и вошли в большую комнату, занимавшую половину круглого дома. Доктор Макрей взглянул на вошедших, но вставать не стал.
— Привет, Джим. Раздевайся. Кофе на скамейке. Привет, Виллис, — добавил он и вернулся к своей работе.

Он бинтовал руку мальчика примерно того же возраста, что и Джим.
— Спасибо, док. А, Френсис, привет. Что ты здесь делаешь?
— Привет, Джим. Я убил водянщика, но потом поранил большой палец о его иглы.
— Не дергайся! — велел доктор.
— Жжется, — пожаловался Френсис.
— Ничего, потерпишь.
— Как же ты это так? — продолжал Джим. — Тебе следовало бы знать, что этих тварей нельзя трогать. Их просто надо сжигать от хвоста до носа.
Он расстегнул молнию на своем прогулочном костюме, стянул его и повесил на крючок около двери. Рядом висели костюм Френсиса, верхняя часть которого была размалевана так, что напоминала боевую раскраску индейца, и костюм доктора — маска на костюме сохраняла свой первоначальный цвет. Джим теперь остался во внутренней аккуратной изящной марсианской одежде — ярких красных шортах.
— Я сжег его, — сказал Френсис, — но он шевельнулся, когда я до него дотронулся. Я хотел сделать из хвоста ожерелье.
— В таком случае ты недожег его. Наверное, оставил полно живых зародышей внутри. Кому ты хотел сделать ожерелье?
— Это уж мое дело. И, естественно, я спалил его утробу. Ты что, меня за туриста держишь?
— Иногда. Ты же знаешь, что эти твари не умирают до заката.
— Не мели чепуху, Джим, — вмешался доктор. — Сейчас я введу тебе антитоксин, Фрэнк. Толку от него ноль, но твоя мама будет счастлива. Не далее чем завтра твой палец раздуется, как от пчелиного укуса; тогда придешь еще раз, и я его вскрою.
— А вы его не отрежете? — спросил мальчик.
— Нет. Но несколько дней тебе придется чесаться левой рукой. А ты,
Джим,



Назад