a52240c3

Хайнлайн Роберт - Темные Ямы Луны



Роберт Хайнлайн
Темные ямы луны
В Резерфорд мы двинулись на другое утро после прибытия на Луну. То
есть папе и мистеру Лэтему (мистер Лэтем - служащий треста Харримана,
папа на Луну прилетел, чтобы с ним встретиться) - папе и мистеру Лэтему
нужно было туда по делу. Я приставал к папе, пока он не пообещал взять
меня с собой, - ведь смахивало на то, что это мой единственный шанс
выбраться на поверхность Луны. В Луна-Сити, по-моему, подходяще, но ведь
его коридоры не отличишь от обыкновенных улиц Нью-Йорка. Разве что в
Луна-Сити не идешь, а почти летишь.
Когда папа пришел к нам в номер гостиницы сказать, что скоро ехать,
мы с братишкой играли на полу в ножички. Мама прилегла и попросила меня
занять шкета, чтобы не мешал. Ее одолевала космическая болезнь с той
самой минуты, как мы оторвались от Земли, и она чувствовала себя
неважнецки. Шкет баловался с осветительными плафонами: переводил
регулятор с "сумерек" до "палящего солнца" и наоборот. Я взял его за
шиворот и посадил на пол.
Я-то, конечно, в ножички уже не играю, но на Луне это очень здорово
получается. Нож сам парит в воздухе, и с ним можно проделывать все, что
угодно. Мы выдумали массу новых правил.
Папа сказал:
- Планы меняются, мои дорогие. Мы сию минуту едем в Резерфорд.
Давайте-ка собираться. Мама сказала:
- Ах, Боже мой, кажется, - я не могу. Поезжайте вы с Дикки, а мы с
Бэбинькой побудем здесь денек и отдохнем.
Бэбинька - это шкет.
Я всегда говорил ей, что это неверный подход. Он мне чуть глаз не
выколол ножом и начал канючить:
- Куда? Что? И я поеду. Давайте поедем!
Мама сказала:
- Ну, Бэбинька, не огорчай свою дорогую мамочку. Мы с тобой лучше
сходим в кино.
Шкет на семь лет младше меня, но уж если нужно от него чего-нибудь
добиться, нечего его называть Бэбинькой. Он принялся реветь:
- Ты же говорила, что мне можно поехать!
- Нет, Бэбинька. Я тебе так не говорила. Я...
- Папа говорил, что можно!
- Ричард, разве ты говорил Бэбику, что ему можно ехать?
- Да нет же, дорогая, я этого не помню. Возможно, я...
Шкет завелся еще сильней:
- Вы говорили, что мне можно туда же, куда и Дикки. Вы мне обещали,
вы мне обещали, вы мне обещали...
Приходится иногда отдавать шкету должное: он таки заставил их нудно
и без толку выяснять, кто ему что обещал. Короче говоря, минут через
двадцать мы все вчетвером вместе с мистером Лэтемом были уже на
ракетодроме и садились в резерфордский "шаттл".
Дорога отнимает всего-то минут двадцать, ничего толком и не
увидишь, разве краешек Земли, когда "шаттл" еще неподалеку от Луна-Сити,
а потом и этого не видать, пока на обратной стороне Луны не покажутся
атомные заводы. В "шаттле" было человек десять туристов, и почти все они
начали страдать космической болезнью, как только мы вышли в свободный
полет. И мама тоже. Некоторые никогда так и не могут привыкнуть к
"шаттлам".
Но стоило нам прилуниться и оказаться внутри, "под землей", как
маме сразу же полегчало. В Резерфорде все не так, как в Луна-Сити: там
нет туннеля, который подходит к самому кораблю. Вместо этого на
поверхность посылают специальную герметично закрытую машину, которая
стыкуется прямо со шлюзом ракеты, потом в этой машине проезжаешь около
мили назад, ко входу в подземелье. Мне это понравилось, и шкету тоже.
Папе нужно было ехать по делу с мистером Лэтемом, а маму, шкета и меня
он решил оставить с группой туристов, которая отправлялась осматривать
лаборатории.
Там было довольно интересно, но ничего такого, чтобы поднимать
из-за это



Назад