a52240c3

Хайнлайн Роберт - Взрыв Всегда Возможен



Роберт Хайнлайн
Взрыв всегда возможен
- Положите ключ на место!
Человек, к которому это относилось, медленно повернулся и
взглянул на говорившего. Лица нельзя было разглядеть под
странным шлемом тяжелого медно- кадмиевого панциря.
- Какого черта, док?
Они смотрели друг на друга, как два гладиатора, ожидающие
только сигнала к бою. Голос первого прозвучал из-под маски
тоном выше и повелительнее:
- Вы меня слышали, Харпер? Положите немедленно ключ и
отойдите от этого триггера! Эриксон!
Из дальнего угла контрольного зала к ним приблизилась
третья фигура в панцире.
- В чем дело, док?
- Харпер отстранен от дежурства. Пошлите за его
сменщиком! Дежурным инженером назначаетесь вы.
- Хорошо.
Судя по голосу и манерам, третий был флегматиком, -
казалось, что все происходящее его нисколько не касается.
Инженер, которого подменил Эриксон, положил гаечный ключ на
место.
- Слушаюсь, доктор Силард! Только и вы пошлите за своим
сменщиком. Я потребую немедленного разбора дела!
Возмущенный Харпер круто повернулся и пошел к двери.
Силарду пришлось дожидаться сменщика минут двадцать. Это
были неприятные минуты. Может быть, он поторопился.
Возможно, он вообще напрасно решил, что Харпер не выдержал
напряжения работы с самой опасной машиной в мире -
комплексным атомным реактором. Но если он и ошибся, то
ошибка в нужную сторону, ибо в этом деле заскоки
недопустимы, потому что любой заскок может привести к
атомному взрыву почти десяти тонн урана-238, урана-235 и
плутония.
Силард попробовал представить, что тогда будет. Ему это
не удалось Он слышал, что мощность атомного взрыва урана
превосходит мощность тринитротолуола в двадцать миллионов
раз, но эта цифра ничего ему не говорила. Он пытался думать
о реакторе как о сотнях миллионов тонн самого сильного
взрывчатого вещества или о тысячах Хиросим. И это тоже не
имело смысла. Однажды он видел взрыв атомной бомбы - его
пригласили для проверки психической реакции персонала ВВС.
Но он не мог себе представить взрыва тысячи таких бомб - его
разум отступал.
Возможно, инженерам-атомникам это удается. Возможно, с
их математическими способностями и ясным пониманием
процессов, происходящих там, в недрах реактора, они живо
представляют себе, какое непостижимо ужасающее чудовище
заперто за щитом. И если это так, нет ничего удивительного,
что их преследует страх и искушение...
Силард вздохнул. Эриксон оторвался от приборов линейного
резонансного ускорителя.
- Что случилось, док?
- Ничего. Мне жаль, что пришлось отстранить Харпера.
Силард уловил подозрительный взгляд невозмутимого
скандинава.
- А вы, часом, сами не того, док? Иногда и белые мыши,
вроде вас, тоже взрываются...
- Я? Не думаю. Я боюсь этой штуковины. И был бы
сумасшедшим, если бы не боялся.
- Я тоже, - сумрачно ответил Эриксон и опять занялся
настройкой регулятора ускорителя.
Сам ускоритель находился за щитом ограждения - его сопло,
извергающее поток разогнанных до немыслимых скоростей
элементарных частиц на бериллиевый стержень в центре самого
реактора, исчезало за вторым щитом, расположенным между
ускорителем и реактором. Под ударами этих частиц бериллий
испускал нейтроны, которые разлетались во всех направлениях,
пронизывая массу урана. Некоторые нейтроны, сталкиваясь с
атомами урана, разбивали их и вызывали деление ядер.
Осколки превращались в новые элементы; барий, ксенон,
рубидий - в зависимости от того, как делилось ядро. Новые
элементы - как правило, нестойкие изотопы - в процессе
радио



Назад