a52240c3

Хайям Рубаи Омар - Сказание Об Омаре Хайяме



Х А Й Я М И А Д А
С К А З А Н И Е
О Б
О М А Р Е
Х А Й Я М Е
(Георгий Гулиа)
1
ЗДЕСЬ РАССКАЗЫВАЕТСЯ
О СЛУЧАЕ, КОТОРЫЙ ПРОИЗОШЕЛ
В ИСФАХАНЕ ВОЗЛЕ ДОМА
ОМАРА ХАЙЯМА
В глухую калитку постучали то ли булыжником, то ли кулаком,
крепким, как булыжник. Хозяева явно мешкали, не торопились от-
крывать дверь непрошеному пришельцу. Оставалось сломать запор.
Молодой человек огромного роста и атлетического телосложения
близок был к этому. По-видимому, он знал, на что идет в это ран-
нее утро.
Но калитка вдруг приотворилась, и грубый голос спросил :
-- Кто ты?
-- Неважно, -- был ответ. -- Скажи лучше, кто ты сам!
Привратник -- а это действительно был привратник -- вышел на
улицу. Крепко сбитый раб-эфиоп в голубом халате из грубой, деше-
вой ткани. Лицо его было черное. Руки тоже черные, а ладони бе-
лые, точнее, розовые.
-- Мое имя Ахмад, -- сказал привратник, подбоченившись.
Молодой человек криво усмехнулся. И спросил:
-- Твое место здесь или там, в доме?
-- Здесь, -- ответил привратник.
-- Мне нужен твой хозяин. Я знаю его имя: Омар эбнэ Ибрахим.
-- Что же дальше?
-- Он, говорят, ученый...
-- Тебе все известно?
-- Да, мне известно больше, чем ты думаешь.
Эфиоп блеснул огромными глазами и как бы невзначай показал
свои жилистые руки, которыми впору гнуть железо на подковы.
Однако руки эфиопа не произвели никакого впечатления на разгоря-
ченного пришельца.
-- Деньги -- еще не все! -- вскричал он.
-- А при чем тут деньги?
-- А при том, что твой хозяин сманил мою девушку. посулив ей
золота и серебра.
-- Плохи твои дела, -- заметил Ахмад невозмутимо,
-- Это почему же?
-- Зачем тебе девица, которая живой плоти предпочитает мер-
твый металл?
-- Неправда! Он купил ее, купил бессовестно!
Ахмад спросил:
-- Ты уверен, что она здесь?
-- Да!
-- И ты знаешь ее имя?
-- Еще бы! Звать ее Эльпи. Ее похитили на Кипре и привезли
сюда обманом. И он купил ее! -- Молодой человек потряс кулачи-
щем. -- Раз ты с мошною -- это еще не значит, что тебе все доз-
волено!
Эфиоп несколько иного мнения насчет мошны и "все дозволено".
Он, видимо, не прочь пофилософствовать на этот счет. А может, и
позлорадствовать. Подумаешь, какая-то Эльпи?! А сам он, Ахмад?
Что он, хуже этой Эльпи? Разве не купили самого Ахмада на баг-
дадском рынке? Если уж сетовать, то сетовать Ахмаду на свою
судьбу! А Эльпи что? Ей уготована прекрасная постель, и кувшин
шербета всегда под рукою. Не говоря уже о хорасанских благово- [Ш-007],[Х-012]
ниях, аравийских маслах и багдадских духах! Ей что? Лежи себе и
забавляй господина!
-- Как?! -- воскликнул влюбленный. И ты, несчастный, пола-
гаешь, что ей все это безразлично?! Или она любить не умеет!
По-твоему, она существо бездушное?
Эфиоп прислонился к глинобитной стене. Скрестил руки на гру-
ди и окинул влюбленного полупрезрительным, полусочувственным
взглядом: смешно выслушивать все эти бредни!
-- Подумаешь, какая нежная хатун! Да пусть эта Эльпи благода-
рит аллаха за то, что послал он ей господина Хайяма... [А-017]
-- Благодарит?! -- негодующе произнес взбешенный меджнун. -- [М-007]
А за что? За то, что купил ее любовь? А может, она, принимая его
ласки, думает обо мне?.. Может...
Эфиоп перебил его:
-- Послушай... Кстати, как тебя зовут?
-- Какая разница?
-- А все таки?
-- Допустим, Хусейн!
-- Так вот, Хусейн. Есть в мире три величайшие загадки. Я это
хорошо знаю. И разгадать их не так-то просто. Одна из них -- за-
гадка смерти, другая - тайна неба. А третья -- эта самая прокля-




Назад