a52240c3

Хантер Стивен - Снайпер



det_action Стивен Хантер Снайпер Ветеран вьетнамской войны, снайпер высочайшего класса Боб Ли Суэггер, сам того не подозревая, оказывается втянутым в подготовленную суперсекретной организацией операцию, якобы связанную с покушением на президента Соединенных Штатов.
1993 ru en Игорь Евтишенков Денис FB Tools 2004-12-16 B6B626A3-4922-4930-8DD4-885D72B06E93 1.0 v 1.1 — доп. форматирование fb2 OCR Альдебаран
Стивен Хантер. Снайпер Азбука Москва 1997 5-7684-0401-5 Stephen Hunter Point of Impact Bob Swagger — 1 Стивен Хантер
Снайпер
Глава 1
Был ноябрь, холодный и дождливый месяц на западе Арканзаса. Вслед за отвратительной ночью наступал не менее отвратительный рассвет.

Мокрый снег с дождем свистел между соснами, скапливаясь на верхушках торчащих из земли камней; прямо над головой проносились сердитые облака. Время от времени ветер порывами налетал на каньоны и, проносясь между деревьями, рассеивал мокрый снег, как пушечный дым. До наступления охотничьего сезона оставался один день.
Боб Ли Суэггер расположился сразу за последним подъемом, ведущим в долину Большой Сделки, которая находилась высоко в горах Уошито и была ровной, как крышка стола. В полном молчании и абсолютной тишине он сидел напротив старой сосны, поставив между коленей винтовку.

Это был главный дар Боба умение хранить тишину. Он нигде этому не учился, просто черпал силы из какого-то собственного потайного внутреннего источника, никогда не реагирующего на внешние раздражители. Тогда, во Вьетнаме, о нем ходили легенды из-за того, что он, как зверь, мог полностью замереть и продолжительное время сохранять абсолютную, можно сказать, мертвую неподвижность.
Холод забрался к нему под гамаши и, дойдя до короткой куртки, стал проникать под нее, поднимаясь по позвоночнику как маленькая пронырливая мышка. Стиснув зубы, он поборол настойчивое желание застучать ими от холода.

Время от времени от полученной давным-давно раны начинало ныть бедро. Но он приказал мозгу не обращать внимания на эту боль. Сейчас он был выше собственных неудобств и желаний. Его мысли были совсем в другом месте.

Он поджидал Тима.
Понимаете, если бы вы были одним из тех немногочисленных — может быть, двух-трех — мужчин, с которыми он вообще разговаривает в этом мире — старым Сэмом Винсентом, бывшим прокурором графства Полк, или, может быть, доктором Ле Мьексом, дантистом, или Верноном Теллом, шерифом, — то тогда он сказал бы вам, что нельзя взять и просто так выстрелить в животное. Выстрелить — это слишком просто.

Любой городской фраер может сидеть в засаде и, попивая горячий кофе, ждать, пока самка оленя гордо пройдет рядом с ним, причем настолько близко, что ее можно коснуться рукой. Только тогда он выставит ствол своей винтовки и судорожно нажмет на курок. Выпустив ей таким образом кишки, он найдет ее, истекающую кровью, на расстоянии трех графств отсюда и увидит в ее глазах застывшую тупую боль.
Если бы вы были одним из тех мужчин, Боб сказал бы вам, что вы можете заслужить свое право на выстрел лишь тем, что сами когда-то побывали в шкуре зверя и с вами происходило все то же самое, что может произойти со зверем на охоте, и совсем неважно, сколько это длилось. В конце концов, игра велась по правилам.
Сквозь сосны и молодую поросль Боб видел находившуюся в ста пятидесяти ярдах небольшую прогалину, которая внизу уже постепенно заливалась слабым призрачным светом наступающего дня. Проходившая по ней тропа петляла из светлой части в темную, но он знал, что животные все равно пройдут по ней, один за одним,



Назад