a52240c3

Харман Эндрю - Святой Десант



ЭНДРЮ ХАРМАН
СВЯТОЙ ДЕСАНТ
СМЕРТЬ ДУШЕКУПЦА
Утренний геккон с прищуром взглянул на тень, крадущуюся по циферблату солнечных часов, мысленно пожал чешуйчатыми плечами и заторопился прочь, скрываясь из поля зрения и слуха. Многотрудные годы личного, полученного из первых лап опыта жизни в горном городе Аксолотле научили его тому, что надолго здесь ничто безмятежным не остается. Так никогда не бывало — особенно ранним утром в Гад-парке.
И сегодняшнее утро не стало исключением.
Раздался хруст энергичных шагов по выбеленным солнцем камешкам Дженской лужайки, и фигура в длинной черной сутане и соответствующей ермолке заспешила по извилистым тропам пятидесятифутовой площадки, сжимая в руке немалых размеров чемодан. Глаза вновь прибывшего то и дело метались влево-вправо на предмет какого-либо движения — признака чьей-то конкуренции.

Нет, не затем он забрался в такую даль, чтобы в последний момент лишиться своего места. О нет. Только не после трех суток перетаскивания проклятого чемодана по дьявольски бесконечным горам. Никоим образом.

Все это удовольствие стоило слишком дорого.
Внезапно краем глаза он все-таки заметил движение — качнулась ветка и мелькнула тога. Звучно заскрипев зубами, человек в сутане пригнулся и еще быстрее устремился вперед.

А тот, что был в тоге, перепрыгнул через невысокую ограду из кактусов, заметил духовное лицо и с громкими криками бросился ему наперерез. Белые камешки летели у него из-под ног, пока он стремительно ускорялся на курсе перехвата, ведущем к сверкающей мраморной колонне.
Тогда человек в сутане отчаянно размахнулся своим объемистым чемоданом и, точно гигантскую тарелочку «фрисби», с замиранием сердца запустил его в сторону своего противника. Внезапно превратившаяся в метательный снаряд, ручная кладь приземлилась со всплеском гравия, после чего неудержимо заскользила вперед и угодила точно по паре несущихся навстречу лодыжек. Изрыгая бурный поток сквернословий, человек в тоге закувыркался прямиком к предельно неприветливой ограде из кактусов.
Его высокобесподобие Брехли Трепп победно вскинул руки, а затем быстро подхватил свой чемодан и запрыгнул на нижнюю ступеньку лестницы к трибуне в Уголке Проповедника. Итак, ему все-таки удалось застолбить за собой это место и получить возможность проповедовать здесь хоть целые сутки — до девяти часов завтрашнего утра, когда все начнется сначала.
Испустив могучий вздох облегчения, Трепп принялся лихорадочно распаковывать чемодан, готовясь воспользоваться всеми преимуществами наилучшей точки для проповеди в всем горном городе Аксолотле.
Геккон неодобрительно хмыкнул себе под нос, лениво задумываясь о том, чего ради эти люди прилагают так много усилий в такой ранний час. Почему они не могут просто найти себе подходящую скалу и капитально на ней поблаженствовать, как сделало бы всякое приличное существо? Мысленно покачивая головой и бормоча себе под нос всякие рептилианские соображения о глупости млекопитающих в целом и людей в частности, геккон ускользнул прочь в тот самый момент, когда человек в темно-сером костюме, чуть наклонив лысеющую голову и громко пыхтя, стал прокладывать себе дорогу по Дженской лужайке.
— Какого дьявола вы вдруг так срываетесь и несетесь невесть куда? — укоризненно выдохнул он его высокобесподобию Брехли Треппу из Речистой Миссии. — А что, если бы я заблудился или...
— Конкуренция, Таргаш, конкуренция, — ответствовал Трепп, хмуро указывая на человека в тоге, который тем временем вынимал несколько особенно длинных колючек кактуса из пр



Назад